свое тучное тело, прислонившись спиной к стволу дерева. Ружье предусмотрительно положил рядом. Ной тоже присел. Второй подъем за день и у него отнимал непозволительно много усилий.
– Ты не замечал, пока шел по железке, чего-нибудь странного с поездом? – кое-как отдышавшись, задал Ной давно интересовавший его вопрос.
– Например? – Хонорик по всей видимости от усталости растерял весь свой запал и общался теперь вполне обычным тоном.
– Какие-нибудь необычные звуки, запахи?
– Ты так говоришь, словно сам видел. Я прав?
– Было дело, – согласился Ной, но не спешил делиться своими наблюдениями.
– Ты точно моего Илюху видел? – он не стал допытываться, чего такого странного лицезрел Ной, и решил разузнать о другом.
– Они втроем были, гуляли наверху. Потом Егор домой пришел, там у них чего-то случилось, отчего они в итоге разошлись.
– Что случилось? – он ожидаемо насторожился.
– Да я и сам не понял толком, – Ной развел руками.
– Выходит, – констатировал Хонорик с задумчивым видом, – Илюха вечером побежал к твоему, вот они до рассвета и шлялись где попало. Ты сам своего видел? Ночевал он дома?
– Ночевал, – ответил Ной, но сделал это несколько неуверенно, что моментально приметил сосед.
– Да ты сам ни хрена не знаешь, – подытожил он, поднимаясь. – Пойдем. Веди дальше, папаша.
Ной вывел его к той самой поляне с большим пнем. Сделал он это не так чтобы прямо уж нарочно, она просто была как раз практически у них на пути. Ребят, естественно, он тут никаких не видел, да и не мог видеть, все-таки шли они тогда несколько с другой стороны горы. Но ему жутко хотелось разузнать и посмотреть, что же он тогда заметил в разрытой яме.
– Здесь что ли? – нетерпеливо спросил измотанный сосед, когда они замедлили ход, выйдя на поляну.
– Нет, еще выше.
– А там чего такое? – он качнул стволом ружья в сторону пня и приметных с его ракурса следов рытья.
– Пойдем, узнаем, – бросил вскользь Ной, и двинул к пню.
Хонорик поплелся за ним. С первого взгляда на поляне все оставалось ровно так же, как и в предыдущий раз. Подойдя ближе, Ной взялся разглядывать клочки пропитанной чем-то влажной ткани. Удивительно, но за столько времени под летним солнцем она продолжала оставаться мокрой.
Его наблюдения прервал выглянувший из-за спины сосед. Тот повел себя неадекватно: издав нечленораздельный всхлип, он, отбросив в сторону ружье, повалился на колени и ухватил ткань, торчащую из земли. Затем, поднеся ее к лицу, шмыгнул носом и принялся вытягивать ее из земли. Сначала она поддавалась и выходила быстро: стало видно, что это были продолговатые куски, напоминавшие обычные ленты. В руках у него они походили на клубок миног – отвратительного подобия рыб, больше смахивавших на огромных склизких червей. Вся ткань была пропитана слизью, густыми массами остававшейся на ладонях Хонорика.
Но тот этого не замечал и продолжал