без дела. Хоть бы перед важными господами меня не позорил. Ай, да что тебе – ты и слова-то такого не знаешь. Быстро в дом! Хоть посмотришь на приличных людей, а то всю жизнь только с голодранцами да пьяницами водишься.
Лайна могла ругаться на протяжении многих часов подряд, поэтому Марти, дабы не слушать ее бесконечных обвинений, проскользнул в открытую дверь. Миновав веранду, заставленную корзинами и бидонами, он прошел в теплую половину, представляющую из себя небольшой коридор с печкой и две расходящиеся в разные стороны комнаты. На печке шипел чайник и жарилась картошка в большой черной сковороде. Марти открыл дверь в правую комнату и увидел сидящих за непривычно богатым столом двух человек в серо-коричневой военной форме. На рукавах у них синели нашивки в виде щита с латинской буквой «S». Марти не без труда узнал в одном из них Рихарда. Из худощавого неуклюжего юноши брат превратился в бравого офицера с крепкой выправкой, широкими плечами, светло-русыми волосами, зачесанными на идеально ровный пробор, и элегантными тонкими усиками. Завершали бравый образ черный железный крест на груди и красный продольный шрам, переходящий с левой щеки на шею.
Последний раз старшего брата Марти видел зимой пятнадцатого года, когда студент Финской высшей технической школы Рихард Риссанен приезжал из Гельсингфорса в Карниллу на рождественские каникулы. Марти тогда тоже приехал в деревню, и они вдвоем пошли на рыбалку. Рихард, в отличие от брата, был заядлым рыболовом, и Марти пошел с ним за компанию.
– «Я скоро уеду, Марти», – задумчиво сказал тогда Рихард, глядя на равномерно качающийся кивок маленькой зимней удочки.
– «Я знаю, – ответил Марти, – каникулы-то заканчиваются».
– «Дурак, я заграницу уеду».
– «В Америку? Как Раймо?» – спросил Марти, вспомнив толстяка Раймо, который со своей сварливой женой и двумя крикливыми детьми несколько лет назад уехал в далёкий город Нью-Йорк. Раймо периодически писал старику-отцу оттуда письма, рассказывая о своих финансовых успехах, не забывая всегда в конце письма попросить у него денег на «развитие бизнеса».
– «Твой Раймо тоже дурак – когда Финляндия станет богатой и независимой, он сам припрётся обратно».
– «Значит, в Швецию?» – Марти понял, что братом двигают не меркантильные, а патриотические чувства: в то время многие финские диссиденты бежали от царских сатрапов под защиту Золотого шведского креста.
– «Сначала в Швецию, а оттуда в Германию. В Голштинии формируют батальон финских егерей для войны с Россией. Вместе с германцами мы победим русского царя и заставим его отпустить финский народ из рабства. Ещё и солидную контрибуцию из него вытрясем. Месяц назад я был на собрании «Финской дубины» – это такая студенческая организация. Так вот, мы тогда пришли к выводу, что борьба с Россией законным путем бессмысленна, ибо русские сами отвергают закон. Тогда мы решили связаться с Германией, и германцы нам ответили. Они готовы