к зеркалу Тьер-на-Вьёр.
– А потом? – Он взглянул на нее, заранее зная ответ, в котором Изольда пока себе не призналась.
Последняя свечка на столе погасла, траурно мигнув.
– Ох, как поздно! – спохватилась принцесса. – Не время ли нам заканчивать с празднованием?
– Давно пора, – впервые за несколько часов отозвалась Лива.
На губах ее застыла вежливая полуулыбка, но глаза едва скрывали тревожные мысли.
– Захватишь корзину, Зефир?
– Погодите! – Ветер шаркнул сапогами и взвился к потолку. – Если завтра вы собираетесь в Вишневый дом, я с вами.
– Исключено, – отчеканил Хёльмвинд.
– А кто мне запретит? – Юноша дурашливо крутанулся в воздухе и ловко выскользнул в окно. – Куда хочу, туда лечу!
– Я тоже отправлюсь, – громогласно заявил волк.
– Так, может, соберем маленькую армию, чтобы устрашить Эйалэ? – предложил с издёвкой Северный ветер.
Тащить за собой целую ватагу он не собирался. Но Таальвен воззрился на упрямца так, что, если бы в доме было молоко, оно непременно бы скисло.
– Изольда – моя жена! Без меня она никуда не пойдет!
Принцесса поморщилась от гортанного рыка, в котором, словно щепки в речном водовороте, тонули всякие возражения.
Превратить бы серого в ледышку! На языке у Хёльмвинда вертелась сотня колких слов, но от правды не скрыться: Мак Тир действительно законный супруг девчонки.
– Мы уходим. – Лива спешно взялась за дверную ручку. – Хёльди, проводишь на крыльцо?
Так как жених кудесницы еще мгновение назад улетучился, из дома девушки вышли вдвоем. Было глубоко за полночь, непроглядная темень затопила лес до самой долины.
– Спасибо за все, – устало пробормотала именинница, – и прости, если Хёльмвинд был слишком груб.
– Ты не вернешься домой… – Проигнорировав вежливое прощание, заклинательница горячо сжала тонкие пальчики своей подруги. Глаза ее подернулись дымкой. – Если завтра сойдешь с порога вместе с Северным ветром, судьба твоя навсегда изменится.
– Откуда ты знаешь?
– Вижу, уж поверь. Недаром мои предки некогда подняли громадный пласт земли в небеса! Остатки древней силы еще подвластны мне, и я боюсь за тебя, милая.
Сбитая с толку принцесса обхватила себя за плечи, в поисках опоры прислонилась к деревянным перилам. По коже прошелся озноб. Но трепетала Изольда вовсе не от страха. Напротив – предупреждение Ливы открыло ей глаза.
Горизонт за лесом на мгновение полыхнул белым пламенем. Это яркая, как алмаз, звезда откололась от небосвода и огненной искрой чиркнула по полотну ночи.
«Судьба… – мысленно повторила принцесса. – Вдруг на новом опасном пути я опять обрету пыл, которого так недостает теперешней затворнической жизни? Возможно, Лютинг перестанет наконец преследовать меня в снах, а власть терновой ведьмы удастся сбросить?»
Нет, она не может остаться. Как бы ни уговаривала Лива, как бы страстно ни желал того волк. Нельзя противиться голосу, что манит вслед за