явный и четкий «капкан предателя».
Но самым обидным, самым тяжелым и постыдным было не это клеймо. Слезы, что крупными каплями стекали по ее лицу, были той самой чертой, означавшей окончательное уничтожение гордости. Это был символ ее сломленной воли.
Она никому не хотела показывать своих слез, и поэтому черная, тупая и тихая ярость вдруг начала подниматься в ее душе. Вероника подняла взгляд на Рогова. Он тоже пристально наблюдал за ней.
Как же хотелось плюнуть ему в лицо, выколоть эти мерзкие глаза, а затем втоптать их в грязь. И все же Вероника ничего не могла поделать. Только упереть свой полный немого гнева взгляд в его высокую фигуру.
Рогов, в свою очередь, тоже видел кое-что в ее взгляде. В том море бессилия, которое застилало глаза девушки, плавал крошечный островок непокорности. Впрочем, возможно, он увидел не только это, а может быть, не разглядел даже этого.
– Что ж, надеюсь на плодотворное сотрудничество в будущем, – он развернулся и направился обратно в свой кабинет. – Поздравляю с вступлением во Второй Тайный Отряд.
Глава 4. Не изменяясь
После ухода Рогова Вероника некоторое время продолжала сидеть, уставившись в дверной проем. До тех пор, пока не услышала, как рядом присвистнул Денис.
– Н-да-а, я уже упоминал, что он своеобразный человек? Ты уж прости его злобную натуру. В любом случае, все закончилось даже не так плохо, как могло бы. Честно говоря, я и сам был не до конца убежден в его благосклонности. Но то, что ты попала в наш Отряд… Уверен, без кое-чьей помощи не обошлось. И я сейчас не про себя, кстати. Ну и ладно, может, по-другому и не вышло бы. Пойдем-ка к экипажу.
За время, пока он так непринужденно убалтывал девушку, Лихачев помог ей подняться и, придерживая ее за плечи, повел к выходу из поместья. Вероника слабо реагировала на его слова и, вероятнее всего, пропустила большую их часть мимо ушей. Для нее в тот момент окружающая действительность больше походила на густой и мутный кисель. Даже оказавшись в карете, девушка едва ли это осознала.
– Тимофей Ильич, достаньте аптечку. Видите, у нее рука. Справитесь? Отлично. И на чай будет, и на выпить, обижаете! А я пока сбегаю на минутку.
Денис быстро переговорил с кучером и легкой, быстрой походкой направился обратно в поместье. Он стремительно поднялся по лестнице и, завернув налево, вышел в коридор. Там он чуть задержался, рассматривая двери. Ручка одной из них оказалась блестяще-чистой, словно ее только что вытерли, в то время как на других был заметен тонкий слой пыли. Именно в эту дверь он уверенно зашел спустя мгновение.
Помещение оказалось маленькой библиотекой. Внутри, между стеллажами, в небольшом креслице сидел мужчина, одетый в военный мундир. Рядом, на тумбочке, лежала убранная в ножны шашка. По запачканной тряпке, валявшейся неподалеку, можно было без труда догадаться, что ее недавно вычистили.
Как только дверь в библиотеку открылась, на лице этого человека появилась улыбка. Очевидно,