Брониимир.
– Что? – переспросил колдун.
– Иди! – закричал Брониимир, – Вон отсюда, колдун!
Князь ударил по столу кулаком, так что одна свеча повалилась на пол и погасла.
Мудромысл кивнул и пошёл к двери.
– Хоть бы черти забрали, ваше колдовское племя! – выругался Брониимир, поднимаясь со своего стула.
Он зло пнул свечу и зашагал к окну. Волк быстро перевернулся вокруг ветки, и тихо соскользнул на ветвь ниже.
Что ж… всё гораздо лучше, чем казалось раньше. Глядишь, и удастся отлично пережить княжий гнев в псарне.
Со стены послышались тихие шаги. Волк прижался к дереву, негоже, чтоб дружина его здесь заметила. В девичьем окне всё так же тускло горела свеча.
– Что князь? Не придёт сегодня? – не открывая глаз, спросила старуха.
Женщина, что сидела у люльки, всхлипнула, прижимая ладони к лицу.
– Не шуми, – всё так же произнесла старуха. – Неужто позабыла, что замужем?
– Вот, не поверишь, нянечка. Иной раз нет-нет, да и позабудется, – женщина поднялась, и Волк узнал в ней княгиню.
– Худо это. А коли ты так князю вскрикнешь?
Княгиня опустила глаза и густо покраснела. Она украдкой глянула в сторону двери.
– Ну-ну! – покачала головой старушка, – хорош тут сырость разводить! Три года замужем, пора уже привыкнуть. Поди умойся, да нарядись. Угодишь князю, будет мил к тебе. Он сейчас часто будет захаживать, покуда наследника ему не родишь.
Княгиня поднялась и поспешила в угол комнаты, уставленный сундуками.
Громко стукнула дверь.
– Ты готова, жена? – прорычал Бронимир, входя в комнату.
– Я? – растерянно обернулась княгиня, но тут же опомнилась и быстро закивала, – да-да.
Князь смотрел сурово и выжидательно:
– Раз готова, почему стоишь в углу?
– Только хотела принарядиться… Украшения… – замялась княгиня.
– Ты должна быть уже готова. Или предлагаешь мне самому тебя наряжать и, как дитя, за руку водить всё время? – рявкнул Брониимир и ушёл.
– Да, то есть, нет. Я поняла, – княгиня крупно задрожала, и обречённо побрела за мужем в княжеские покои.
Волк выглянул из-за ствола, на дворцовую стену. Сторожа не видать, но шаги его ещё гулко стучат в темноте. Волк вытянулся на ветке. Из княжих покоев был слышен шум, пара гулких ударов, и тихий крик княгини, который резко оборвался.
Брониимира вернулась скоро. Она рухнула на лавку, возле старухи, и залилась слезами. Платье на спине было разорвано от ворота до пояса, и тёмные полосы и пятна наливались на обнажённой спине.
Ветвь над головой Волка крупно задрожала, и довольный Птах свесился вниз головой:
– Ох. Поучил он её разуму. Вздумала перечить баба.
– М-м-м… – безучастно протянул Влаксан.
– Не умно это. Порой мне кажется, что бабы по жизни – дурачьё. Ведь колотил её уже не раз, и нет! Всё ей перечить надо. А теперь рыдает.
– Ты что здесь забыл? – прошептал Волк.
– А