потомством, обустроиться и насладиться жизнью во всей ее полноте. Разнотравье широкой, убегающей к самому краю, земной твердыни, устланной великолепным цветовым разнообразием степи, всегда поражало весной. В степи было вольно, красиво и чисто, словно ты попадал в океан, набегающий на тебя волнами пахучих трав, нежных в своей простоте и величии цветов, и изменчивым, то ласковым, то жгучим ветром. В этой широкой степи тебе было легко дышать, ничего, абсолютно ничего тебя не стесняло, не препятствовало самому духу свободы, раскрепощенности, выбора. Здесь осознавалось величие мироздания, когда такое же бесконечное небо, прозрачное своей гладью разношерстных облаков, соединяется с этой величественной степью в единое целое где-то далеко, далеко, у самого края Вселенной и соединяет самого наблюдателя в единое бесконечное целое! А наставшая ночь высыпает пригоршнями манящие звезды, и они сияют в унисон с твоим собственным дыханием, такие далекие, и в то же время такие близкие, понятные и непознанные тобой, и твое сердце замирает в мечтаниях и томлениях.
23 мая 1979 года выдалось удивительно теплым, 25 мая официально заканчивался учебный год, последний учебный год Тани, на сердце становилось немножко грустно, тревожно. Никто не знал ведь, что ждет там, в так называемой взрослой жизни, будет ли она столь терпелива к ним, как и жизнь теперешняя. Предстояло самой принимать многие решения и самой же за них нести ответственность, многое предстояло делать впервые. Здесь, в школе, за, казалось бы, бесконечные, но такие быстрые годы многое было понятным, привычным, преопределенным. От тебя требовалось разве что прилежание, внимательность и только.
Чувство неизбежных перемен и волновало, и влекло Таню. Учителя, вечно загнанные в своих бесконечных обязанностях, торопились подвести итоги года, успеть то, что не успевали по понятным причинам. Ребята в эти последние дни частенько были заняты собой, по официальной версии, они «консультировались» к экзаменам. Перешептывание, перегляды, интенсивные обсуждения каких-либо новостей отдельными парами, группками. Очередная перемена была всего лишь небольшим перерывом таких общений. Однако, наблюдая за Андреем Антоновым и Витей Ильиным, Таня отметила их интенсивные переговоры с девочками из класса. Вскоре до нее дошла новость – у Сережи Никоненко сегодня день рождения и друзья, Андрей и Витя, приглашают девчонок на его день рождения. Тревога закралась в душу Тани. С одной стороны, она почему-то была уверена в том, что ее не пригласят, ведь ребята на ее глазах беседовали с девочками, но к ней не подходили. С другой стороны, в глубине души ей хотелось быть приглашённой к Сереже, но в то же время она боялась этого, сама не зная, почему.
Почти к концу перемены Серёжа сам подошел к ней и, волнуясь, произнес:
– Тань, у меня сегодня день рождения, я хотел бы пригласить тебя. Ты придешь?
Таня растерянно посмотрела на Сережу.
– Не знаю, –