исполнять обещанное. Его не покидала надежда, что рано или поздно он обязательно отыграется – и тогда необходимость возвращать должок отпадёт сама собой…
Мало-помалу его задолженность передо мной достигла тысячи фунтов. Признаюсь, вся эта канитель уже начала мне порядком надоедать… На одном из прошлых заседаний Клуба у нас за столом зашёл разговор о честности и порядочности, а Бленчфлауэр громче всех ратовал за то, что истинный джентльмен обязан всегда держать данное им слово. И тогда я сказал: «Даю честное слово: Ни один член нашего Клуба никогда не сможет задолжать мне более одной тысячи фунтов!» Весь стол горячо апплодировал мне в течение пяти минут, а горячее других хлопал в ладоши председатель нашего Клуба… Но вот прошло ещё несколько дней. Позавчера, в понедельник, я снова присутствовал в Клубе на очередной тусовке.
(Вчера и позавчера я был занят в салоне в первую смену: Я приходил на работу с утра, а уходил вскоре после обеда. В Клуб я отправлялся прямо из салона, не заезжая домой.) Как я и предвидел, Бленчфлауэр опять предложил мне сразиться в бильярд на прежнюю ставку. Но я с печальным видом развёл руками и сказал: «Увы, я дал слово джентльмена и обязан его держать! Существует вероятность, что я опять вас обыграю – и вы тогда будете должны мне уже больше тысячи фунтов…» Все прочие члены Клуба выразили мне своё пламенное одобрение.
(У многих ещё была свежа в памяти моя торжественная клятва на недавнем собрании.) И тогда Бленчфлауэр предложил мне сыграть в бильярд не на деньги, а на ящик «Бездонной бочки». Мы договорились, что проигравший партию сразу после этого отвезёт победителя в ближайший круглосуточный супермаркет и купит ему этот ящик за свой счёт. Все присутствующие дружно одобрили это предложение… Итак, мы с Бленчфлауэром снова сошлись за бильярдным столом, и победа вновь осталась за мной. Теперь он уже не мог отвертеться от своего обещания – и пришлось ему после полуночи везти меня в магазин за «Бездонной бочкой»… Он лично притащил мне в машину купленный им ящик; затем мы пожали друг другу руки и разъехались в разные стороны. Я отвёз «Бочку» к себе домой – а на следующее утро (это было вчера) притащил ящик сюда, в салон. Поскольку Милн появился на работе лишь ближе к обеду, мне как раз хватило времени на то, чтобы расставить бутылки по нижней полке своего шкафа, а пустой ящик выкинуть на помойку. Когда Милн явился, мой правый шкаф опять был заперт. По внешнему виду было невозможно догадаться, какие интересные изменения произошли у него внутри… Таким вот образом в моём шкафу и появилось столь необычное содержимое! – подытожил Клеменс свой проникновенный рассказ, – Конечно, тогда я и представить себе не мог, что мои бутылки простоят на новом месте так недолго – менее одних суток…
– Погодите! – поспешил вмешаться Кристи, – Но почему вы притащили бутылки в салон, а не оставили их у себя дома?
– Чтобы ответить на ваш вопрос, мне придётся излагать вам ещё одну историю, – предупредил Клеменс.
– Излагайте –