и шелковая пряжа попадали в молдавско-валашские княжества [608] и Львов[609], подчинявшийся польской короне. С русскими купцами, торговавшими в конце XV в. в Кафе, текстильное сырье и крашенный, пряденый шелк из Токата, Бурсы и Йезда, измерявшийся на вес, а не на штуки, как это практиковалось с тканями, достигали северных земель[610].
До сих пор не ставился вопрос о производственном назначении этого текстильного сырья и полуфабриката, тогда как в самой Кафе раньше, чем где бы то ни было в восточноевропейской периферии, сложилась собственная шелковая индустрия. Это подтверждается свидетельством Иоанна Галонифонтского, посещавшего Крым на рубеже XIV–XV вв.: «Там… [в Газарии – А.Е.] – прославленный и многолюдный город Кафа, куда съезжаются купцы со всего света. В нем встречаются все восточные языки, я насчитал там тридцать пять наречий. Этот город за морем оказывает всемерную поддержку и содействие христианам. Там господствуют генуэзцы, они же являются там по сию пору лучшими мастерами по изготовлению шелка и камлота, равно как и по другим ремеслам»[611]. Кафские массарии называли армян-шелкоткачей[612]. Несомненно, часть сырого и полуфабрикатного шелка и хлопка потреблялась в ремесленной сфере города.
По-видимому, с развитием шелкоткачества Кафы, но не просто с пунктом реэкспорта, как считали прежде [613], надлежит связывать появление «кафимских» куфтери и камки, муравных, багряных и белых, с большими и малыми узорами; «кафимских» тафты и шелка, цветных и червчатых; «кафимских» тесьмы и каймы, известных по средневековым русским источникам[614].
В итальянских документах также встречается упоминание кафских шелковых материй. В одном завещании, составленном в Генуе, называлось ритуальное облачение из разноцветной «кафской камки», отороченной золотом и синей каймой[615]. В другом акте, составленном в Рагузе, фигурировал «кафский сендал»[616]. Еще более примечательно знакомство с «кафской камкой», как устойчивой статьей международного торгового обмена, составителей турецких таможенных правил конца XV в.[617]
Вопрос о том, чем отличались «кафимские» шелка от итальянских, остается открытым[618]. В товароведении же того времени они должны были узнаваться, как можно предположить, по характерным товарным знакам Кафы.
Вслед за Кафой на «татарском пути» должны были возникнуть новые шелкоткацкие центры, работавшие на импортном сырье. К XVI в. кружевное плетение «волочейкой», то есть шелковой нитью, обмотанной тончайшей, плющеной проволокой из драгоценных металлов, шитье «канителью» и «мишурой», то есть из медной проволоки с позолотой, стали известны в Московии.
3. 3. Бумага и книги
Продолжая характеризовать товарную структуру южного импорта, хотелось бы остановиться на такой статье, как бумага. Вне всякого сомнения, этот новый писчий материал, вытеснивший дорогой и редкий пергамент, распространился