давай им отомстим, пусть потом мучаются.
– Ты о чем, Наташа? Что они мучиться-то будут? Не теряй ты головы, не надо никому мстить, глупо это, понимаешь?
Но Наташа ее уже не слушала, она принялась за свой коварный план и приступила кокетничать. Таня каждый раз ее одергивала, как только подругу явно заносило не туда. Наташа ворчала, но подчинялась. А Таню все приглашали и приглашали ребята, она танцевала, отдыхала, бесконечно улыбалась и сохраняла ровные независимые отношения со всеми мальчишками, присутствующими на выпускном.
К середине выпускного вечера к ним присоединились родители и показали такой «класс» в танце, что удивленные дети-выпускники, считавшие своих родителей настолько «старыми» и не способными понимать их молодые души, были стыдливо повержены в своих ошибочных убеждениях о собственных родителях. Папы выпускников, мотивируемые горячительными напитками и стремящиеся блеснуть собственной бравадой, плясали «цыганочку» с выпускницами так лихо, что у последних возникала нешуточная тревога за благополучие их сердец и здоровья в целом. Конец выпускного хоть и ожидался, но наступил совершенно неожиданно. Протанцевав почти до трех тридцати, класс опомнился и дружно пошел встречать рассвет.
Многие мальчишки накинули на девочек свои костюмы, на улице становилось прохладно. Шли весело, бесконечно шутя, дурачась друг с другом. Когда они вошли в горсад и подошли на высокий правый берег реки Жабай, перед ними открылась торжественная картина. Рождающееся новое солнце осторожно поднималось от самой кромки горизонта, его желто-оранжевые лучи трепетно освещали сантиметр за сантиметром широкую полосу зареченской степи. От реки отделялся легкий, такой же прозрачный, как нарождающееся утро, туман и стремился вверх.
Выпускники, стоя плотной шеренгой у самого обрыва крутого берега, вглядывались и вглядывались в эту предрассветную даль, стремясь угадать в ней свое будущее. Каждый из них мечтательно вдыхал прохладный, и от этого такой бодрящий воздух, и думал глубоко о своем сокровенном. Таня стояла у кромки берега и ее желто-оранжевое платье соединялось с лучами с такого же желто-оранжевым солнца. Девушка и светило открылись навстречу друг другу, взаимно проникая и напитывая собой все прилегающее пространство. А свежий утренний ветерок, тоже только, только пробудившийся, подхватывал эту гармонию и спешил разнести по всему пробуждающемуся городу. Мальчишки с глазами, полными восхищения, взирали на своих девчонок, гордились их красотой и статностью. Еще всего лишь несколько дней они будут их девчонками, а потом станут совершенно независимыми их одноклассницами выпуска 1979 года. Девчонки, в свою очередь, смотрели на своих мальчишек, вихрастых и не очень, умеющих ухаживать и нет, но вот-вот уходящих от них своими дорогами, в какое-то там непонятное мужское будущее. Им становилось их жалко и боязно за них.
Вдоволь насмотревшись на восход великолепного солнца, одноклассники повернулись и направились обратно. Уставшие, они разбредались