к девочкам. Сережа проводил ее грустным взглядом, дождался, когда Андрей остался один и, подойдя к нему, с досадой сказал:
– Эх ты, я хотел с Таней вдвоем сфоткаться, так до тебя разве достучишься!
– А че молчал? Я откуда знаю, чего ты хотел? Говорить надо.
Сережа ничего не ответил, раздосадованный, он так и не решился попросить Таню сфотографироваться с ним еще раз. И все-таки Таня ждала этого, постоянно поглядывая в их сторону. Напрасно, мальчишки чем только ни занимались, в итоге класс собрался на еще несколько фотографирований и, погрузившись в автобус, двинулся назад, в Атбасар. В автобусе царила замечательная атмосфера, много пели, шутили, общались друг с другом. Последний школьный день медленно, но верно катился к закату. Узкая лента асфальтированной двухполосной трассы Целиноград-Атбасар мелькала столбиками дорожного километража, прерывистыми рядами растительности лесополосы да редкими встречными автомобилями.
Наконец, как только автобус вынырнул из-за изгиба последнего холма, как всегда, по ходу движения автобуса показалась телевизионная многометровая вышка, на ней уже горели сигнальные огни. Вышка стояла на переезде недалеко от города и всегда встречала возвращающихся поездом или автомобильным транспортом со стороны Целинограда атбасарцев. Как только глаз выхватывал ее стройный силуэт, на душе становилось тепло и трепетно, ощущалось приближение дома. Народ в поезде начинал собираться к выходу, пассажир или водитель ждали последний перекресток с указателем – направо на Кокчетав, налево на Москву, и как только их проезжали, считалось – мы дома.
Автобус подвез ребят к школе, было еще светло, но дневная усталость брала верх и все поспешили по домам. Начиналась ответственная пора выпускных школьных экзаменов. В промежутках между ними проходили консультации, и тогда класс в неполном составе встречался на два часа в стенах школы и быстро расходился готовиться. Теперь только экзамены собирали ребят вместе, но напряжение и нервозность практически ничего не давали видеть. После экзамена шли гулять и постепенно все рассасывались дорогой.
Удивительно, но в этом 1979 году получалось так, что после каждого сданного экзамена почему-то шел дождь. Ребята, довольные, ходили под дождем и радовались хорошей примете: «Дождь в дорогу к удаче!» Кто первый произнес эту примету, никто уже не помнил, но все очень радовались дождю, смывавшему весеннюю пыльцу с деревьев, тротуаров, проезжей части дорог. Одноклассники пели свою выпускную песню: «В тихом городе ветер кружится…», выбранную как их индивидуальная выпускная песня, и в сердце рождалась теплота и заботливость к друг другу, граничащая с осознанием скорого расставания. А их родной город каждый раз резко и волнительно преображался, насыщался озоном и блестел от чистоты. Выпускникам дышалось хорошо и свободно, весь мир раскрывался перед ними, щедрый и трепетный, зовущий вдаль по неисхоженным дорогам, неоткрытым тропам, вселяющий уверенность