шутник, ты еще скажи, что, если б великий русский химик не экспериментировал с водкой, то никакая таблица ему вообще бы не привиделась! – сказал мечтатель, делая вид, что пошел на попятную. – В конце концов, если истина на твоей стороне – я сэкономил три дня жизни. Но у нас еще будет возможность проверить, кто из нас прав».
«Что ты предлагаешь?»
«Пока ничего. Как говорят генералы: война план покажет!» – мечтатель был весь в ожидании грядущих чудес.
«На этот счет есть и другая пословица: весна покажет, кто где гадил!» – угрюмо парировал скептик.
«Ладно, я вижу, ты не в настроении. Давай лучше спать».
«Согласен»…
Глава третья. Дед
На остальных экзаменах помощь менялы не потребовалась. Во-первых, у Ярослава и так, без всякой мистики, были хорошие знания. А во-вторых, молва о его блестящем ответе, о том, как он не спасовал перед грозным завучем, мигом разнеслась в учительской, и преподаватели уже смотрели на него как на «записного» отличника и будущего претендента на золотую медаль. Можно сказать, гордость школы! Такому ставить четверку уже как-то и неудобно.
Так что через десять дней Ярослав, теперь ученик уже девятого класса, паковал вещи – ехал погостить к старикам в деревню.
Он еще разок полюбовался на парагвайскую серию и убрал кляссер в ящик стола. Брать марки с собой не имело смысла – меняться там все равно не с кем.
А вот истукана, улучив момент, все-таки незаметно для мамы в рюкзак сунул. Во-первых, мало ли что со статуэткой может случиться здесь, никто же не знает, что это за штука! А во-вторых, с подстраховочкой – оно как-то спокойнее.
Автобус, пропылив по обочине, высадил Ярослава посреди холмистых полей. От трассы до деревни было еще около часа ходьбы. Конечно, в сухую погоду. В дождь, по жирной вязкой грязи, засасывающей сапоги на каждом шагу, можно было не дойти и за день.
Но сегодня день был погожий и уже по-летнему теплый. Ярослав легко шагал, вдыхая аромат трав, слушая заливистого жаворонка в вышине и окидывая взглядом необычайное множество разных облаков в бескрайнем небе, которое можно увидеть только здесь, вдали от города.
Слева густо зеленело широкое поле яровой пшеницы, за которым вдали темнел лесок, а справа дорога, петляя по лугу, спускалась к деревне. Домики там выглядывали один из-за другого, утопая в пышных кронах садов. В балке светлел пруд, с которого ласковый ветерок доносил детский смех и гоготание гусей.
Все тут было знакомо, все тропинки исхожены, а на глинистых берегах пруда, помнится, так всегда здорово было лепить с мальчишками игрушечные неприступные крепости и потом самим же их штурмовать, разбивая и размывая в пух и прах.
Дед Ярослава по материнской линии был, хотя и с крестьянскими корнями, но человеком образованным, прожил интересную жизнь, много поездил.
Сложение имел сухопарое, тут Ярослав явно пошел не в него, а в отцовскую линию, где народ фигурировал