не даст ей больше никогда.
Если все, действительно, так, то Светлана явно только-только вступила в свой благословенный сезон. Загорелая, синеглазая, со светлой челкой и пухлыми розовыми губками, она дышала свежестью и напоминала пирожное, которое хотелось немедленно съесть.
Ярик, посмотрев на нее, невольно съехал глазами на округлившиеся под легким платьицем грудки и, смутившись, отвел взгляд в сторону.
– Ты надолго? – спросил тем временем Олег.
– На пару неделек, – ответил Ярослав. – А там посмотрим.
– На рыбалку завтра с утра пойдем?
– Давай, с удовольствием. Заходи за мной, – улыбнулся Ярик и, еще разок взглянув на Свету, заторопился, – Ну, ладно, побегу. Я же своих пока еще не видел.
– Давай! – хлопнул его по плечу Олег. – Старым привет передавай!
Увидев дедов дом, который выделялся в конце улицы высокой шиферной крышей, Ярослав сразу представил, как обрадуются ему сейчас старики, как бабушка всплеснет руками от неожиданности. Ладони у нее вечно в муке – то хлеб печет, то пирог затеет. И она торопливо оботрет их о фартук, чтобы обнять внука. А дед скажет:
– Ну-ка, ну-ка, покажись! Подрос, молодец!
Кстати, тут ведь никто не знает, что он объявится именно сегодня. Окончательное решение ехать было принято только вчера, когда в школе вывесили сроки трудовой практики.
Наши дети, скорее всего, уже и не поверят, как оно было тогда, до изобретения сотовой связи. Когда нежданные гости были уверены, что им будут рады. И не ожидавшие их хозяева, действительно, были рады.
И никто не говорил: «Что ж вы не позвонили, ведь нас могло не быть дома!» – имея в виду: «Какая бестактность: заявиться без предупреждения, словно снег на голову», – как это имеет место теперь, даже если речь идет о самых близких.
И, вроде бы, и спорить глупо. Все, как будто, правильно. Но сердце не принимает. Потому что помнит, как оно было тогда, до изобретения сотовой связи.
Все произошло именно так, как и ожидал Ярослав. И бабушкин переполох, и сдерживаемая радость деда. Как хорошо, что есть в жизни вещи, которые не меняются! Пусть бы они не менялись никогда!
Устраиваясь в своей комнате, Ярослав припрятал менялу на полке за книгами. Деду он решил об истукане даже не заикаться. Начнет старик расспрашивать – не удержишься, сболтнешь лишнего.
Но вечером за чаем внук все-таки спросил:
– Деда, а вот, если бы у тебя была возможность поменять что-то в своей жизни? Все, что хочешь! Ты бы что поменял?
Старик воспринял вопрос серьезно и ответил не сразу. Он сперва налил себе стопочку водочки, настоянной на травах по собственному рецепту, которую любил пропустить вечерком. Но – только вечерком и только одну. Выпивохой дед не был.
Подняв стопочку, он посмотрел ее на свет, как бы примериваясь, потом пригубил, словно дегустировал редкое вино, и лишь после этого смачно выпил, театрально скривившись.
– Тьфу, проклятущая! –