перед тем, как подняться по трапу, они сдавали эти талоны, проверяющему билеты матросу. На этот раз, покидая корабль вместе с «круизными» старушками, они тоже прихватили на выходе посадочные талоны. У подруг созрел план. Они пробираются на «Нахимов», смешавшись с группой, уехавшей на экскурсию. Вещи их всё равно остались у старушек в каюте. Растворяются в толпе пассажиров и плывут до Ялты. До Ялты в море их не выкинут, а там – видно будет.
Прошли на лайнер, разыскали Августу Тихоновну и объяснили ей ситуацию. Августа Тихоновна обещала им свою поддержку. Остальные старушки против вещей подружек не возражали, но укрывать их самих в своей каюте ночью отказались.
Когда «Нахимов» отчаливал, Валентина предложила бросить за борт монетку, чтобы сюда вернуться и посмотреть Одессу как следует.
– Нет! – вскрикнула Тара, перехватив руку Валентины с монеткой, – Подожди хотя бы, когда мы полностью отчалим. А то вернёмся гораздо раньше, чем нам бы хотелось.
Весь вечер подруги слонялись по палубе, которая с каждым часом становилась всё пустынней. Когда закончился последний сеанс в корабельном кинотеатре, подруги поняли, что, если сейчас же не найдут себе пристанище, они привлекут к себе ненужное внимание. Пора перестать мозолить глаза экипажу.
– Давай посмотрим, висит ли наш ключ на щитке у консьержки. А вдруг нашу каюту займут только в Ялте, а сейчас она ещё свободна, – предложила Валентина.
Они спустились на свою нижнюю палубу и на почти пустом щитке увидели ключ от своей каюты. Консьержки не было. Подруги взяли ключ, нырнули в каюту и легли на полки, не раздеваясь. Час или два они вздрагивали от малейшего шума за дверью, а потом провалились в сон. Утром им удалось беспрепятственно вернуть ключ на место…
– От Ялты можно добраться до Новороссийска на автобусе. Элементарно. Глупо упускать такой шанс! У нас ещё целый день в запасе, – у госпожи Письмаркиной в голове тогда рождался новый, грандиозный план.
Тара молчала. Они только что без всякого зазрения совести вместе со старушками съездили в Ласточкино гнездо (сумки на этот раз взяли с собой). Сейчас, стоя у экскурсионного автобуса, который понемногу наполнялся и готовился отправиться в обратный путь в Ялту, они рассматривали свои портреты-профили, вырезанные из чёрной бумаги и вклеенные в открытки с изображением Ласточкиного гнезда – работа местного мастера-виртуоза. Чик-чик ножницами – и готово!
– Понимаешь, я сейчас только вспомнила, что у мамы такой же силуэт среди старых писем хранился, а ещё открытка со скульптурой русалки. За шею её маленький ребёнок обнимает, а сама вся в дырках от пуль – фашистами прострелянная. Мама тогда в санатории в Мисхоре отдыхала, отсюда рукой подать. Ей соседка по комнате подсказала примету – подержать русалку за мизинец и желание загадать. А если родить хочешь, то ребёнка её по спине погладить.
– И что?
– Да, что же ты бестолковая такая! Я у мамы на следующий год родилась. А теперь и я тоже детей хочу. Пять лет лечусь, мне