мой взгляд упал на небольшой клочок бумаги, лежащий на столе под кипой документов. Я осторожно достал его и развернул.
На бумаге был написан адрес: “Кафе “У старой мельницы”, улица Роз, дом 12”.
Это могло быть то, что я искал. Я не знал, что находится по этому адресу. Но я решил проверить.
Я вышел из кабинета Элизабет Кёлер, чувствуя, как напряжение нарастает. Я был близок к тому, чтобы найти ее. И я надеялся, что она согласится мне помочь.
Покинув кабинет Элизабет Кёлер, я ощутил, как с плеч свалился груз. Кабинет был пропитан духом старой политики, духом интриг и заговоров. Там было тяжело дышать.
Коридор к выходу казался более свободным и просторным. Лица придворных, которых я встречал по пути, казались менее надменными и высокомерными. Интриги дворца больше не давили на меня.
Я вырвался из Шлосс Вальдталь, как из могилы, и вдохнул морозный воздух Вальдгейма. Адрес кофейни “У старой мельницы” жёг мою ладонь, словно клеймо. Улица Роз, дом 12. Я не знал, что меня ждёт там, но я чувствовал, что это мой последний шанс.
Я не знал, что меня ждет в этой кофейне. Но я был полон решимости найти Элизабет и поговорить с ней. Она была моей последней надеждой.
Вальдгейм встретил меня холодом и подозрительной тишиной. Я скользил по его узким улочкам, стараясь слиться с тенью, не выдать себя случайным жестом, неосторожным взглядом. Но ощущение липкого, невидимого присутствия не покидало меня. Затылок горел, словно под прицелом. Я чувствовал это – за мной следят. Кто-то прячется в лабиринте зданий, наблюдая за каждым моим движением, терпеливо выжидая, как хищник, готовящийся к броску. Каждый шорох ветра, каждый скрип двери казался предвестником опасности, а каждый случайный прохожий – потенциальным врагом. Я был загнан в клетку, и единственное, что оставалось – понять, кто мой охотник
Я ускорил шаг и свернул на улицу Роз. Это была узкая, тихая улочка, застроенная старыми домами. В воздухе витал запах кофе и свежей выпечки.
Я нашел дом номер 12. Это было небольшое здание с вывеской “Кафе “У старой мельницы”“. Из окон доносились тихие голоса и звон кофейных чашек.
Я остановился перед входом, глубоко вздохнул и вошел внутрь.
Я шагнул внутрь, и тихий звон колокольчика над дверью нарушил умиротворяющую тишину кофейни. В теплом полумраке, пропитанном ароматом кофе и ванили, я сразу заметил ее. Элизабет Кёлер. Она сидела за столиком в самом дальнем углу, погруженная в изучение каких-то бумаг. Вокруг нее царила атмосфера сосредоточенности, словно она проводила важную встречу, а не просто пила кофе.
Увидев меня, она слегка удивилась. На ее губах заиграла едва заметная улыбка, словно она ждала именно меня.
“Господин Штейнель,” – произнесла она с бархатистой мягкостью, откладывая в сторону исписанные листки. “Какая неожиданная встреча… Или, может быть, не совсем?”
В ее голосе чувствовалась скрытая игра, словно она знала больше, чем говорила.
“Фрау Кёлер,” – ответил я, подходя к столику. “Мне нужна ваша помощь.”
“Конечно,” – сказала