насыщением собственных желудков. Совсем как разумные люди. Только кто в данный момент умнее?
Но что-то было не так. И когда рычание и тоскливое для обычного человека подвывание волков сменилось на другие звуки, Кольке почему-то еще больше стало не по себе. Он еще не успел отвернуть голову от наступающих хищников, но зато ясно увидел что-то странное. Прямо перед его глазами прошли отчетливо видимые ноги, одетые в странные, прямоугольные по форме и, скорее всего, женские туфли. Их обладательница уверенно двинулась к волкам. Колька осторожно перевел взгляд на женскую спину. Женщина была одета в длинное платье, которое сверху прикрывалось чем-то похожим на короткую фуфайку. Одеяние дополнялось обмотанными вокруг пояса и похожими на ленты полосками ткани. Под порывами ветра они разлетались в разные стороны, превращая женскую фигуру в волшебное и непонятное существо.
Женщина остановилась прямо перед волками. В свою очередь Колька открыл рот от изумления. Впрочем, сомнений не было – огромные хищники жалостно скулили и старались прилечь на землю, всем своим видом выдавая полную покорность или, по крайней мере, миролюбие. Женщина подняла руку. Кроме шума ветра в воздух полетели звуки резких методичных ударов. Женщина какое-то время продолжала трясти объемный предмет, что-то типа коробочки. Со стороны казалось, что волки внимательно слушают, не отрывая взгляды своих горящих глаз от женских рук.
Видимо она посчитала, что можно и остановиться. Женщина перестала трясти рукой и повернулась в сторону Кольки. Почему-то только сейчас он подумал, почему он все это видит? Кажется, что он уже понял, что будет дальше в блеклом ночном свете. И потому ему совершенно не хотелось отрывать взгляд от ее ног. Какие бы они ни были, что бы ни было на них надето, они, и это, несомненно, были человеческими. А вот остальное… Но, к его ужасу эти ноги начали приближаться к нему. Все ближе и ближе. Пришлось поднять голову. Странная деревенская одежда не могла смутить человека, привыкшего и не такое видеть в отдаленных российских деревнях.
Но за широким разрезом в женской фуфайке начиналась странная длинная шея. Наконец, глаза Кольки поднялись выше. Вроде он как раз это и ожидал, но, все равно, интуитивно отшатнулся назад – на него смотрел вырисованный до мельчайших подробностей череп. Сил бежать не было, хотя разум требовал немедленно покинуть это место. При этом указаний насчет волков явно не поступало. Кажется, что Колька даже обрадовался, когда из глубины черепа послышались звуки голоса:
– Я рада, что ты пришел! Я тебя ждала. Очень ждала. Поверь мне. Это правда!
Она рада, а он как, должен радоваться или понять, что он попал в весьма странную, а может, и весьма опасную ситуацию.
– Ты ведь хочешь жить? Или тебе надоело? Только не молчи!
Но Колька продолжал молчать. Ужас в его голове сменился несвойственной для него расчетливостью, и он взглядом вымерял расстояние во все стороны, одновременно наблюдая за затаившейся не так далеко стаей